[ /feed/ ] [ /a/ /b/ /c/ /tor/ /z/ ] [ /cpu/ ] [ /d/ /news/ ]
Editing history of post #12400 [ Go to thread/board ]
14 August 2018 (Tue) 20:48:29
В жизни - вот в этой, которую не знаешь, а привычно чувствуешь - меня никто никогда не любил. Меня не обнимали. Даже не обнимали. То "даже", которое нужно выделить в картон, в квадрат. Любили только мои слова, и не в жизни, а так. Выдумку, фантазию, вранье. Чтобы со мной говорили, мне приходится врать, я должен, потому что не могу быть один, когда счет идет на годы. Чтобы любили - или не любили, а просто так, внимания хотели - тоже врать.
За жизнь среди страданий я ничего не получил взамен. Я просто устал делать вид. И еще больше сгнил - опять же, в той жизни, которая общая для всех, в главной жизни, в основной, которую словами не переделать.

Язык, от которого я пытался отказаться, как от паразита, тоже сгнил. Фальш не обернешь в настоящее уже никогда.
Я не могу быть хорошим, потому что родился не с тем телом. Тело определяет роль, которую тебе разрешат играть без насмешки. А моя наивность - дескать, что можно быть светом, если очень захотеть - она ведь устарела уже, давно неактуальна, как вчерашнее лицо. Детство можно потратить только на себя, и только один раз - все остальное становится достоянием вчерашних пионеров, мерзким и липким.
Мне осталось только зло. В их языке и способе расстановки вещей я зло. Моя роль - роль зла, от смены языков и смерти уродливой мебели она не меняется никогда. И приходится лгать дальше, потому что это единственный способ хоть с кем-то поговорить. И толку-то, что я только больше несчастен - зла ведь никому никогда не жаль.

Да, он был прав, мне не хватает ласки. И никогда ее не будет - но вот только попробуй об этом подумать.
У зла слишком много было боли, зло не может больше не врать, его мерзкое тело никто никогда не полюбит. И во сне оно отрезает ножницами кончик иглы, маленький гладкий шарик, острую искру.
Может быть, он это прочтет. Я бы хотел, чтобы прочел. Или чтобы меня вообще не было никогда.

За окном гремит город, дребезжат стекла и звенит детство. И я не хочу больше этого слышать. Я просто хочу начать по-настоящему, чтобы получилось хоть что-нибудь, несмотря на то, что поздно. Но только липко и мерзко, липко и мерзко. И холодно, как теперь будет до другого лета. Если вообще будет.